Андрей Аршавин: Матч с Голландией - это самые непередаваемые эмоции в футбольном плане (Мнение эксперта)

Андрей Аршавин: Матч с Голландией - это самые непередаваемые эмоции в футбольном плане (Мнение эксперта)

Андрей Аршавин: Матч с Голландией - это самые непередаваемые эмоции в футбольном плане (Мнение эксперта)

Андрей Аршавин рассказал в интервью "Радио "Зенит" об самых важных моментах в своей жизни, рассказал о разнице культур боления в Англии и России, вспомнил о начале карьеры и сообщил, что желает играть в футбол.



О детстве
Где-то до семи-восьми лет я играл во дворах и в казаки-разбойники, и в пятнашки, и по гаражам лазил. Я жил на Васильевском острове, и у нас был двор, очень похожий на двор-колодец. Там мы и играли в футбол. Потом мое детство было связано с футболом, у меня было мало свободного времени. Я мало гулял во дворе, потому что поздно приезжал домой — я учился на другом конце города. Свободное время я проводил, как помню, катаясь на велосипеде вокруг дома. Помню, как взрослые между собой говорили, что у меня такое загруженное детство, что это плохо, ведь я еще ребенок. Но я не чувствовал себя обделенным или слишком занятым. Для меня это было нормальным.

О поездках в школу "Смена"
К сожалению, тогда мне не повезло — между станциями метро "Лесная" и "Площадь Мужества" случилась авария, и перегон закрыли на несколько лет. Это очень усложнило мне жизнь, какое-то время пришлось пользоваться наземным транспортом. При этом необходимо было успеть на автобус, который ходил четко по расписанию. Если этого сделать не удавалось, всё становилось совсем сложно. Я вставал в 6:45, практически никогда не завтракал, быстро напяливал на себя одежду и шел в любую погоду, и в пургу, и в снег, чтобы успеть на этот автобус.

О друзьях
Когда я еще учился в футбольной школе "Смена", мы с ребятами, а нас было человек шесть-восемь, старались делать всё вместе. Денег почти не было, а есть хотелось. Обычно покупали два батона и лимонад "Колокольчик". Наверное, его уже нет. "Барбариска" тоже была вкусной. Бывало, играли в пятнашки в метро. Нередко нашим поведением интересовались милиционеры. Даже вытаскивали нас из вагонов. Но такая жизнь нам нравилась.

О шашках
Я был в 38-м детском садике, который находился прямо рядом с Домом пионеров. Как-то раз к нам пришел дядечка с предложением записаться в кружки. Я пошел в шашки. Мне нравилось играть в шашки, потому что на эти занятия нужно было ходить во время тихого часа. А я, в принципе, никогда не хотел спать и не спал. Мне было, наверное, лет пять или шесть, были районные соревнования, и я тогда уже за свой район сидел на третьей доске. Помню, 8 марта у нас на уроке был турнир среди тех, кто занимался в нашей секции шашек. И я с восемью очками 8 марта выиграл этот турнир. Мне как-то повезло в играх с более сильными ребятами, и в турнирной таблице в графе "Итого" у меня красовалась красная восьмерка. Я эту таблицу потом домой забрал. Было приятно что-то выиграть.

О тренировках в "Смене"
Моим вторым тренером был Сергей Гордеев. Мы его называли "42-й", потому что его нога была 42-го размера. Своим тапком он нас по попе чесал. Сейчас, наверное, за это можно подать в суд, но тогда об этом никто и не думал. Получали почти всегда по делу. Никто особо не роптал.

О Бурчалкине
Я хорошо запомнил слова Льва Бурчалкина после одного из поражений: "Никого на "Петровском" не волнует, умер ли у вас кто-то, или у вас болит живот или температура. Вы должны выходить и показывать свой лучший футбол". С ним невозможно не согласиться. Это действительно так: болельщика на стадионе не волнуют проблемы игрока. Он хочет зрелища, а игрок должен это зрелище ему показать.

О "Зените"-2
Я с теплотой вспоминаю то время, когда я играл за "Зенит"-2. Особенно когда к нам из основной команды перевели Сергея Герасимца. И мы втроем — Герасимец, я и Акимов — играли в нападении, и это одно из самых лучших воспоминаний: мы показывали очень хороший футбол. Мне понравилось отношение Сергея Герасимца к этой непростой для него ситуации: его перевели в дубль. Но он повел себя как достойный человек: он помогал нам, шутил, поддерживал атмосферу и наставлял нас, в том числе и как футболистов.

О детских мечтах
Когда я пошел в детско-юношескую школу, не было такой профессии — футболист. Поэтому, мне кажется, что мое поколение не думало, что будет играть за "Зенит" и зарабатывать этим деньги. А потом статус футболиста изменился. Стали платить первые деньги. Кстати, не в "Зените", а в других командах. Получилось, что поколение оказалось в нужное время в нужном месте. Естественно, что лучшей командой в городе был "Зенит". Из одной из двух лучших футбольных школ города набрали лучших ребят, и я оказался в "Зените".

О первой тренировке в "Зените"
Накануне я не ночевал дома, а мобильных телефонов тогда не было. Около девяти утра мы пришли к другу, который жил неподалеку от базы. И только там мне сообщили, что звонила моя мама и сказала, что нужно быть на тренировке к 10:30. Формы у меня с собой не было, пришлось ехать на Васильевский остров, где я тогда жил, взять форму и вернуться обратно. Вот таким был мой путь на первую тренировку, из которой я запомнил первое упражнение, так называемую "венгерочку", когда тебе накидывают мяч на голову, на ногу, на колено.

О дебюте в "Зените"
Это был матч Кубка Интертото, в Англии, против "Брэдфорд-Сити". Кажется, у нас было всего четыре игрока на замене: голкипер, Вернидуб, я и еще кто-то. Очевидно было, что если кто-то и выйдет со скамейки запасных, то им буду я. Андрей Кобелев получил травму, и я вышел вместо него. Конечно, было волнение, но я не помню сейчас те эмоции, которые меня обуревали. Зато помню, что было очень тяжело физически. Юрий Андреевич Морозов отправил меня играть слева, чтобы я сильно не мешался. В итоге два гола забил Денис Угаров. Наверное, тогда он отличился больше, чем за всю свою карьеру в "Зените"(смеется). Победа принесла нам очень положительные эмоции. Тогда виктория в Англии казалась пиком возможностей "Зенита".

О Морозове
Я бы сказал, что Юрий Андреевич — это футбольный человек. У него было свое видение футбола, он проповедовал определенный стиль игры, под который у него был адаптирован тренировочный процесс. Как показало время, его методы и способы тренировки прогрессивны были и тогда, и, как мне кажется, были бы таковыми и сейчас. Он был сложный человек, потому что его решения иногда были импульсивными и непонятными для окружающих. Только он понимал, зачем и для чего он так поступает.

О Петржеле
На мой взгляд, тогда мы показывали чуть ли не лучший футбол. Мне нравится, что мы играли в высокий прессинг, быстро бежали, переходили из обороны в атаку, у нас была очень грамотно выстроенная игра. Да и подбор футболистов соответствовал тому, как мы хотели играть. Если бы Петржела смог сделать "Зенит" в то время чемпионом, он наверняка прописался бы в Петербурге лет на десять. Но в конце концов он стал воровать, покупать странных футболистов, в основном из Чехии.

О подзорной трубе
В то время еще было принято что-то дарить тренеру. День рождения Петржелы приближался. Мы как-то сидели в раздевалке, и родилась идея: надо подарить подзорную трубу. А то тренер не всегда приходил на тренировки команды, а так он хоть увидит, как мы готовимся к матчам. Не помню, как он отреагировал, но с чувством юмора у Петржелы было всё нормально. На нас это никак не отразилось. Подарок он принял.

О тренировках Адвокаата
Сначала к нам приехал Кор Пот. Когда он закрутил гайки на сборе в Австрии, я подумал: "Вот это тренер!" Когда мы заходили в лифт, каждый переглядывался — одинаково ли мы одеты. Кор Пот говорил, что дальше будет еще жестче, да и тренировки на том сборе в Австрии были тяжелыми: мы много бегали в горах; играли в квадрат пять на два без ограничения касаний. В таком квадрате мяч отобрать было почти невозможно. А потом приехал Дик, и мы расслабились. Тренировки стали более игровыми, интересными. Правда, потом они вообще свелись к 40 минутам. Нормально так было.

О победе в чемпионате
Первые полгода золотого сезона мы мучились нещадно. Адвокаату купили Домингеса, и тренер под него пытался перестроить тактику на 4-4-2. По моей информации, в начале августа Адвокаата собирались убрать. Наши игроки встретились с руководством клуба и почему-то решили: надо дать Дику поработать еще несколько матчей. После этого я посмотрел на базе на него, в его глаза, и понял: он расслабился. Адвокаат пустил всё на самотек. Тогда же он впервые выставил на поле 4-3-3 — без Домингеса. И всё получилось: команда расслабилась, он не лез. Покатилось. И докатилось.

Об Адвокаате
Он был требовательным, в чем-то упрямым. Когда футболист просил тренера объяснить непонятные требования, он никого не слушал, говорил, будем делать так, и всё. Мне нравилась его жесткость и то, как он выходил из трудных ситуаций. Например, с нами в начале 2007 года или с Текке, когда тот не захотел выходить на поле. Адвокаат принимал грамотные решения, держал баланс, где-то наказывал, что-то прощал. Нельзя всем всё разрешать и, наоборот, всё запрещать. К каждому игроку нужно находить свой подход, понимая, какое место он занимает в коллективе. Адвокаат в этом настоящий мастер.

О болельщиках
Болельщики на стадионе дают кураж. Когда ты чувствуешь, что у тебя есть некое психологическое преимущество, ты начинаешь позволять себе на поле чуть больше, чем обычно, когда ты загнан в определенные рамки или жесткие установки. Ты позволяешь себе чуть больше импровизировать, и, если это начинает получаться, болельщики это чувствуют и видят на поле. И тогда команда хозяев сметает соперника за счет психологии. Так происходит не только в Петербурге, но и во многих других городах. Я думаю, "Зениту" грех жаловаться на своих болельщиков: они всегда заполняют трибуны на наших матчах, болеют за нас.

Об эмоциях
Матч с Голландией — это, наверное, самые непередаваемые эмоции в футбольном плане в моей жизни. Их я никогда не смогу описать словами, тем более своим косным языком.

Об англичанах
Мне понравилось, что пока ты не касаешься личного пространства англичанина, ему нет до тебя никакого дела. С другой стороны, когда было нужно, те немногие англичане, которые меня окружали, всегда помогали мне. Вообще, ритм жизни в Англии, в Лондоне, очень размеренный. Люди договариваются о совместном походе в кино, в театр или о встрече на полгода вперед — для меня тогда это был нонсенс.

О странах
Организация футбола в Англии и в России — это космос и грядка. К сожалению, это так. Вначале в Лондоне всё было для меня в новинку, но к хорошему быстро привыкаешь. Конечно, антураж, медиа, то, как футбол подается болельщикам, — это эталон, то, к чему надо стремиться: не только нашей лиге, но и всем. Это касается любых деталей: от стадионов до мест, где берутся интервью.

О Венгере
Арсен Венгер очень интеллигентен для тренера, четко и прямо выражает свои мысли. Главное его качество, которое я бы отметил, состоит в следующем: когда он видит молодого игрока, не проходящего пока в состав, но понимает, что через пару лет он сделает шаг вперед, то оставляет его у себя, а футболист потом действительно выстреливает. Однако, на мой взгляд, всё время работать с молодыми очень трудно, не всегда это приносит результат. С опытными футболистами у Венгера при этом возникают трудности.

Об истории
Я думаю, что я вошел в историю "Арсенала" покером на "Энфилде". Наверное, даже через 10–20 лет будут говорить: "У нас был русский, который забил четыре "Ливерпулю"". Поверьте мне, футбол в Англии по Sky Sport показывают 24 часа в сутки. Если Уэйн Руни сделает дубль или хет-трик, то его будут три дня показывать. Больше чем премьер-министра или королеву Англии.

О «Барселоне»
Когда за "Барселону" играли Стоичков и Ромарио, они творили что хотели. Этот стиль, так или иначе трансформировавшийся с годами, сохранился и по сей день. Мне нравится, что эта команда всегда играет в атаку, думает в первую очередь о том, как забить. Да и просто нравится красно-синяя форма. Кроме того, импонирует, что каталонцы всегда говорят, что они не испанцы. Это близко моему мировоззрению: нужно чем-то выделиться, хотя, возможно, и не тем, чем надо (смеется). Да, я играл за "Арсенал" против "Барсы". Да, я забил гол. Он не был особенным. Я больше хотел бы отличиться в футболке каталонского клуба. Но в моей карьере этого не было и не будет уже никогда. Тогда, конечно, сама победа была большим счастьем. Ну а мне хотелось сыграть в этом матче, хотя и забить гол "Барселоне" тоже приятно.

О книгах
Я бы не сказал, что я люблю читать. Если у меня и появился интерес к чтению, то произошло это к 20 годам. Читаю разные книги — раньше мне нравилась историческая художественная литература. В школе я успевал читать только небольшие произведения, например «"Ревизор" или "Горе от ума". А вот "Войну и мир" я начал читать, но, когда дошел до текста на французском, к которому был дан перевод мелким шрифтом, я отложил эту книгу в сторону. Хотя потом я дважды прочитал роман Булгакова "Мастер и Маргарита". Честно, грубо говоря, я ничего не понял. Вернее, я кое-что понял, но каждый раз понимал этот роман по-разному.

О целях
Я хочу просто жить и просто играть в футбол.

Комментарии 0

↑ Наверх